Реформа ценообразования и дефицит ликвидности: главные вызовы для строителей государственной транспортной инфраструктуры
Сипель Т. А.,
начальник отдела ценообразования АО «Мостострой-11»
Дорожно-строительная отрасль России переживает один из самых серьезных системных кризисов за последние десятилетия. Согласно данным масштабного мониторинга Национальной ассоциации инфраструктурных компаний (НАИК) за 2026 год, подрядные организации столкнулись с критическим кассовым разрывом.
Крупнейшие игроки отрасли, включая системообразующие предприятия, фактически вынуждены авансировать государственные мегапроекты за счет собственных оборотных средств. Основные причины кризиса — задержки оплаты со стороны госзаказчиков, катастрофическое отставание сметных нормативов от реальной инфляции, жесткое регуляторное давление и скрытые дефекты новой системы ценообразования.
Заморозка миллиардов и кредитный тупик
Показатели финансового здоровья отрасли выглядят угрожающе. Суммарный объем дебиторской задолженности и так называемой непредъявленной выручки дорожников достиг астрономических 696 млрд рублей. При этом совокупный кредитный портфель компаний составляет 188 млрд рублей.
Ситуация усугубляется «кредитным тупиком». Жесткая денежно-кредитная политика банков
и запредельные коммерческие ставки, колеблющиеся в диапазоне 16–21%, заблокировали подрядчикам доступ к рефинансированию. Получая массовые отказы по новым кредитным линиям, бизнес теряет возможность маневрировать средствами.
Кризис ликвидности мгновенно спровоцировал социальные риски. По данным Росстата и аналитиков ИД «Коммерсантъ» (Газета «Коммерсантъ» №139 от 04.08.2026, стр. 5), на конец июня 2026 года сфера строительства заняла абсолютное первое место по объёму просроченной задолженности по заработной плате в стране — 1,46 млрд рублей (рост к аналогичному периоду прошлого года в 2,13 раза). При этом эксперты подчеркивают, что реальный размер задолженности «кратно выше», так как официальная статистика не учитывает малый бизнес и подрядчиков, работающих с муниципальными заказчиками.
Ножницы цен: опережающая инфляция против твердой цены
Одной из главных системных ошибок стало жесткое условие госконтрактов о «твердой договорной цене». В период 2023–2025 гг. контракты закладывались исходя из прогнозной инфляции Минэкономразвития России на уровне всего 5–6% в год и не предусматривали индексации по факту.
Реальность оказалась гораздо суровее. За два года накопленная опережающая инфляция составила 15,15%, которая никак не компенсируется подрядчикам со стороны государства.
При текущей средней рентабельности дорожных проектов на уровне не более 2–3% в год, такие «ножницы цен» создали экономически невыполнимые условия работы.
Фактический прирост цен (период 2023–2024 гг. относительно 2022 г.):
- Индексы Минэкономразвития России (прогноз): 111,51% (накопленным итогом)
- Реальный рост цен по данным Подрядчика: 128,41%
- В том числе по ключевым статьям расходов:
- Материалы: +16,23%
- Заработная плата: +29,96%
- Машины и механизмы (МиМ): +19,82%
В 2026 году ситуация только ухудшилась. Всего за несколько месяцев (с апреля по июль) зафиксирован беспрецедентный скачок стоимости базовых строительных ресурсов: топливо подорожаю на 45% (до 80–120 тыс. руб./тонн), арматура — на 43,8% (до 80 тыс. руб./тонн), битум — на 19%.
Параллельно выросла фискальная нагрузка (рост налога на прибыль с 20% до 25%, увеличение НДС до 22%, рост НДФЛ). Ситуацию усугубило то, что Минстрой России так и не утвердил новые агрегированные индексы-дефляторы по видам строительства, а действие ключевого механизма пересчета стоимости госконтрактов из-за удорожания ресурсов (Постановление Правительства России от 09.08.2021 № 1315 (в ред. от 28.04. 2026) «О внесении изменений в некоторые акты Правительства Российской Федерации» было отменено Постановлением Правительства России от 28.04.2026 № 479.
В результате постоянно действующий и гибкий механизм пересчета смет на данный момент попросту отсутствует.
Искажения во ФГИС ЦС на примере Тюменской области
Особой системной проблемой стало функционирование сплит-формы ФГИС ЦС.
На практике в систему мониторинга цен зачастую включаются данные микропредприятий,
чьи производственные мощности и логистические возможности несопоставимы с реальными потребностями крупных строек. Это искусственно занижает сметные цены на базовые конструктивные материалы в регионах.
Анализ данных по Тюменской области (II квартал 2026 года) на примере асфальтобетонных смеси (руб./т без НДС) выявил колоссальный разрыв между сметной ценой и реальностью:
- А 8 ВЛ (максимальный разрыв): Сплит-форма — 7 254,55 руб. | Факт рынка — 8 507,46 руб. | Отклонение: +17,3% (+1 252,91 руб.)
- А 16 ВТ: Сплит-форма — 7 468,16 руб. | Факт рынка — 8 455,65 руб. | Отклонение: +13,2%
- А 22 НЛ: Сплит-форма — 6 912,85 руб. | Факт рынка — 7 745,05 руб. | Отклонение: +12,0%
- А 32 ОТ (минимальный разрыв): Сплит-форма — 6 787,76 руб. | Факт рынка — 7 388,17 руб. | Отклонение: +8,8%
Итог: Фактическая стоимость асфальтобетона у крупных надежных производителей превышает показатели сплит-формы в среднем на 12,2%, а среднее искажение по региону составляет — 11,6%. Для системообразующих организаций выход на объект по заниженным ценам микропредприятий оборачивается прямыми чистыми убытками в размере более 199 млн руб. без НДС только на одном крупном проекте.
Сметный голод: почему строители уходят к нефтяникам
Жесткий дефицит кадров в отрасли напрямую связан с занижением фонда оплаты труда (ФОТ) в государственных расчетах. В регионах Урала и Сибири дорожно-строительные компании вынуждены вести агрессивную борьбу за специалистов с нефтегазовым сектором и металлургами, которые предлагают заведомо лучшие условия.
Приказом Минтранса России от 19.06.2026 № 286 «Об установлении среднемесячных размеров оплаты труда рабочего первого разряда, занятого в строительной отрасли, для целей определения сметной стоимости строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов транспортной инфраструктуры (за исключением железных дорог и пунктов пропуска через государственную границу) по Российской Федерации (части территории Российской Федерации) за 2025 год» была установлена отраслевая тарифная сетка для расчета сметной стоимости дорог на 2025 год. Несмотря на то, что средневзвешенное отклонение установленного ФОИВ уровня от данных Росстата составило около +18%, сметные зарплаты
всё равно катастрофически отстают от реального рынка.
Таблица 1. Сравнительные показатели сметной з/п по Минтрансу и фактическойз/п на рынке.
| Регион / Показатель | Данные Росстат (руб.) | Сметная ЗП по Минтрансу (руб.) | Фактическая ЗП на рынке (руб.) | Отклонение факта от сметы (%) |
| Тюменская область | 93 746 | 97 442 | 131 294 (на примере АО «МС-11») | +35% (рынок выше сметы) |
| ХМАО | 116 624 | 114 521 | 143 965 | +25% (рынок выше сметы) |
Недооценка сметной заработной платы автоматически влечет за собой занижение стоимости строительно-монтажных работ (СМР) по искусственным сооружениям в среднем на 15,3%.
В результате подрядчик либо копит долги по зарплате и балансирует на грани банкротства, либо теряет рабочие руки, что ведет к неминуемому срыву директивных сроков сдачи гособъектов.
Скрытые ловушки РИМ (Ресурсно-индексного метода)
Переход строительной отрасли на ресурсно-индексный метод (РИМ) ценообразования вместо базисно-индексного (БИМ) задумывался как реформа ради точности расчетов. Однако на практике, на примере строительства железобетонного путепровода (схема 15+18+15, длина 68 м) в г. Нижний Новгород, при применении РИМ произошло падение сметной стоимости искусственных сооружений не менее чем на 20 -23,6%.
Почему при РИМ занижаются сметы?
- Системный недоучет. В РИМ заложена некорректная база накладных расходов (НР) и сметной прибыли (СП), которые не пересматривались вопреки росту фискальной и кредитной нагрузки. Методика не учитывает, что на крупных инфраструктурных объектах структура НР и СП сильно зависит от масштаба и логистики проекта.
- Непрозрачность ФГИС ЦС. Стоимость материально-технических ресурсов во ФГИС ЦС формируется некорректно (игнорируется реальная себестоимость материалов у крупных заводов-производителей).
- Оторванность от Проекта организации строительства (ПОС). Механизм составления смет в РИМ базируется на устаревших нормативах и ресурсах, которые идут вразрез с реальными технологическими графиками подрядчиков и Проектами организации строительства.
Необходимо также добавить следующие аспекты:
1. В связи с жёстким требованием вносить все сверхнормативные отклонения, замены материалов, даже технические решения с заведомо лучшими параметрами в РД, а зачастую и проходить повторную экспертизу подрядчик остаётся либо без денег, так как не может получить средства не только за те работы, которые выполнены с отклонениями, но и за последующие. Это ещё больше удлиняет цикл выполнения работ, тем самым удорожает строительство и тянет срыв сроков. Фактически ликвидирован институт авторского надзора, который остался без реальных полномочий, а геодезия стала чуть ли не центром всей стройки.
2. В связи с турбулентностью на рынке и всё большей монополизацией большие игроки ужесточают правила тендеров, а условия договоров становятся неподъёмными для широкого круга соисполнителей. Банковские гарантии, гарантийные обязательства, специальные и казначейские счета, длительные процедуры получения денег и оплаты счетов — значительно удорожает себестоимость. И если раньше субподрядчики первого/второго звена могли реально производить работы значительно дешевле сметы, то теперь с учётом резко возросшей фискальной нагрузки, цены субподрядчиков зачастую выше сметы или с минимальным процентом генподряда.
3. Увеличение накладных расходов предприятий, не касающихся напрямую самой стройки. Законодатели непрестанно генерируют всё новые и новые законы в области экологии, миграции, опасных производственных объектов, налоговой сферы, транспорта, трудового законодательства. Ситуация по некоторым параметрам доведена до абсурда, что не нарушив закон, так сказать в смежной сфере, невозможно выполнить свои обязательства по контрактам. То есть если всё, что наплодило государство в указанных сферах выполнять до последней запятой, то действующий сегодня сметы и вообще порядок ценообразования вообще не имеют ничего общего с реальностью. И если большие игроки могут хоть что-то из бесконечного потока законов, приказов, распоряжений соблюдать хотя бы формально, то более мелкие предприятия не имеют такой возможности. А если набирать штат сотрудников, которые будут этим заниматься, то сам субподрядчик, смысл существования которого в том, чтобы выполнять специализированные работы быстро, станет такой же неповоротливой машиной как большие игроки.
4. Следствием вышеперечисленного является резкое снижение количества исполнителей желающих и способных выполнять работу ради работы. Зачастую собственниками субподрядных организаций являются один/два частных лица, реальная возможная прибыль от участия в качестве соисполнителя в инфраструктурном проекте несопоставима с рисками, которые несут договора.